Cyberpunk 2077

Дождь в Найт-Сити никогда не приносил очищения. Он лишь прибивал к асфальту смог, смешивал его с неоновым светом рекламных голограмм и превращал улицы в зеркальное отражение ада. Ви стоял на краю крыши в Кабуки, чувствуя, как капли стекают по воротнику куртки, просачиваясь под импланты. В голове привычно пульсировала тупая боль — верный признак того, что Джонни Сильверхенд снова копается в его воспоминаниях, словно в старой корзине с грязным бельем.

— Ну и дыра, — раздался за спиной хриплый голос.

Ви не оборачивался. Он знал, что увидит: полупрозрачный силуэт в потертом рокерском жилете, опирающийся на воображаемые перила. Джонни выглядел так же паршиво, как и всегда, но в его глазах горел тот самый огонь, который когда-то спалил Арасака-тауэр.

— Это наш дом, Джонни. Другого нет, — ответил Ви, затягиваясь дешевой сигаретой. Вкус синтетического табака горчил на языке.

— Дом? Ви, это не дом. Это морг с неоновой подсветкой. Каждый, кто здесь живет, уже труп, просто не все еще об этом знают. Особенно ты, с этой гребаной щепкой в башке.

Ви усмехнулся, выпустив струю дыма. Боль в висках усилилась. Биочип «Relic» продолжал свою неспешную работу, переписывая нейронные связи, стирая личность наемника и заменяя её кодом мертвого рокера. Время было самым дорогим ресурсом, и у Ви его почти не осталось.

— У нас есть зацепка, — Ви перевел тему, не желая в сотый раз выслушивать лекции о тщете бытия. — Вакако дала наводку на одного нетраннера из «Вудуистов». Говорят, он копал под проект «Хранитель души» еще до того, как это стало мейнстримом.

Джонни сплюнул под ноги (фантомная слюна исчезла, не долетев до крыши).
— Вудуисты? Эти фанатики из Пасифики? Ви, ты лезешь в пасть к акуле, надеясь, что она просто хочет почистить зубы. Они тебя обнулят быстрее, чем ты успеешь сказать «спасибо».

— А у меня есть выбор? — Ви резко повернулся, и его глаза на мгновение вспыхнули синим светом — сработала передача данных. — Если этот парень знает, как стабилизировать состояние чипа, я пойду хоть к самому черту.

— Ты уже здесь, парень. И я — твой личный черт.

Они спустились вниз, в чрево города. Найт-Сити жил своей лихорадочной жизнью. Мимо проносились сверкающие «Рэйфилды», в подворотнях стонали те, кому не повезло с кредитным рейтингом, а над всем этим царил гигантский логотип «Арасаки», напоминающий о том, кто здесь настоящий хозяин.

Дорога до Пасифики заняла полчаса. Старый «Хелла» натужно ревел мотором, пробиваясь сквозь пробки. Джонни сидел на пассажирском сиденье, закинув ноги на приборную панель, и насвистывал мотив «Never Fade Away».

— Знаешь, Ви, — внезапно сказал он, когда они проезжали мимо заброшенного парка аттракционов. — В мое время здесь было... так же хреново. Но тогда мы хотя бы верили, что можем что-то изменить. А вы? Вы просто пытаетесь выжить еще один день.

— Выживание — это тоже форма протеста, — парировал Ви, паркуя машину у входа в полуразрушенный торговый центр.

Здесь, в Пасифике, закон Найт-Сити заканчивался. Здесь правил «Вуду Бойз» и тишина, пропитанная запахом соли и гнили. Ви вышел из машины, проверив «Овертюру» в кобуре. Металл рукоятки привычно холодил ладонь, придавая уверенности.

Внутри ТЦ было темно, лишь редкие аварийные лампы мигали в такт какому-то невидимому пульсу. Ви чувствовал, как биочип начинает вибрировать. Экран его оптического сканера заполнили помехи.

— Кто-то лезет в систему, — прошептал Джонни, становясь серьезным. — Ви, осторожно. Здесь пахнет льдом. Мощным льдом.

Внезапно из тени вышли три фигуры. Высокие, облаченные в длинные плащи, с лицами, скрытыми за масками с кучей датчиков. Нетраннеры.

— Ты зашел не в тот район, валя, — голос лидера звучал механически, лишенный эмоций.

— Мне нужен М’амар. Скажите ему, что я пришел поговорить о «Relic».

Нетраннеры переглянулись. Воздух вокруг Ви словно загустел. Он почувствовал, как температура его тела начала стремительно расти — классическая атака «Перегрев».

— Суки... — выдохнул Ви, активируя «Синхронизацию».

Мир замедлился. Капли воды зависли в воздухе. Ви выхватил револьвер и всадил три пули в голову ближайшего противника. Хром разлетелся искрами, брызнула синтетическая кровь. Второй нетраннер попытался выставить щит, но Ви уже был рядом, вонзая Клинки Богомола в сочленение его брони.

Третий успел уйти в сеть. Ви почувствовал резкий удар в мозг — словно раскаленный штырь вошел в затылок. Он упал на колени, хватаясь за голову.

— Ви! — крикнул Джонни. — Отдай мне управление! Я вышвырну его из твоей башки!

— Нет... сам... — прохрипел Ви.

Он сосредоточился на боли. Он представил свою цифровую сущность как стену из черного обсидиана. Когда чужой код попытался взломать его протоколы, Ви не стал защищаться — он распахнул двери, впуская атаку в ту часть сознания, где обитал Джонни.

Раздался нечеловеческий крик. Нетраннер, стоявший в нескольких метрах, рухнул, его глаза буквально выкипели, а из ушей пошел дым. Столкнуться с цифровым призраком Сильверхенда без подготовки было равносильно попытке выпить океан.

Ви тяжело дышал, опираясь на руки. Перед глазами плыли красные значки критических ошибок.

— Ну ты и псих, — Джонни присел рядом на корточки, в его голосе слышалось некое подобие уважения. — Использовать меня как брандмауэр... Это было стильно.

— Учился у лучших, — Ви сплюнул кровь и поднялся.

Они прошли вглубь коридора, туда, где за тяжелой гермодверью скрывался серверный зал. Там, в кресле, опутанный сотнями кабелей, сидел человек. Его тело казалось высохшим, почти прозрачным, но аура силы, исходящая от него в киберпространстве, была ощутима даже без имплантов.

— М’амар? — спросил Ви.

Человек медленно открыл глаза. Они были полностью белыми, без зрачков.

— Ты принес в себе бурю, наемник, — прошептал он. — Ты носишь в себе мертвеца, который громче всех живых в этом городе.

— Мне нужна помощь. Чип убивает меня.

Нетраннер издал звук, похожий на сухой смех.
— Чип не убивает тебя. Он делает тебя тем, кем ты должен быть. Вы, люди, так боитесь смерти, что готовы превратиться в код, лишь бы не исчезнуть. Но ты... ты особенный. В тебе две души сплелись в одну косу. Если я распутаю её, одна из них порвется.

— Какая? — спросил Ви, хотя уже знал ответ.

— Та, что слабее. Та, что еще держится за плоть.

Джонни подошел к креслу и внимательно посмотрел на нетраннера.
— Слушай сюда, дед. Нам не нужны твои загадки. Просто скажи: ты можешь остановить перезапись или нет?

М’амар повернул голову в сторону Сильверхенда, хотя не должен был его видеть.
— Ты — ошибка в системе, Джонни. Великая и прекрасная ошибка. Я могу дать вам время. Но цена будет высока.

— Сколько? — Ви вывел на экран свой баланс евродолларов.

— Мне не нужны твои эдди, — нетраннер протянул костлявую руку. — Мне нужен доступ к данным «Арасаки», которые заперты в твоем подсознании. Те фрагменты кода, которые Сильверхенд прячет даже от самого себя.

Ви посмотрел на Джонни. Тот нахмурился, его кулак сжался.
— Там мои воспоминания, Ви. Настоящие. Не те сказки, что крутят по ТВ. Если он залезет туда...

— Джонни, если мы этого не сделаем, через неделю от нас обоих останется только цифровой мусор, — Ви посмотрел прямо в пустые глаза нетраннера. — Делай.

Процесс начался мгновенно. Ви почувствовал, как его сознание разрывается на миллионы осколков. Он видел вспышки: концерт в «Тотентанце», запах пороха, вкус губ Альт Уэйланд, холодный металл пистолета у виска. Это были не его воспоминания, но он проживал их как свои. Боль была невыносимой, он хотел кричать, но голоса не было — была только бесконечная пустота Сети.

А потом всё стихло.

Ви очнулся на холодном полу. Голова гудела, но та острая, пульсирующая боль исчезла. Он проверил состояние системы: биочип стабилизирован на 40%. Он получил отсрочку.

— Он ушел, — сказал Джонни. Его голос звучал глухо.

Ви оглянулся. Кресло было пустым. Кабели валялись на полу, словно сброшенная змеиная кожа. М’амар исчез, забрав с собой часть их общего прошлого.

— Ты как? — спросил Ви, поднимаясь на ноги.

Джонни долго молчал, глядя в пустоту.
— Чувствую себя так, будто из меня вычли несколько лет жизни. Но... я всё еще здесь. И ты тоже.

Они вышли из торгового центра. Дождь закончился, над Найт-Сити занимался серый, безрадостный рассвет. Город просыпался, готовый пережевать и выплюнуть новую порцию мечтателей.

— Что теперь? — Джонни зажег воображаемую сигарету.

Ви посмотрел на свои руки. Они всё еще дрожали, но это была дрожь живого человека.
— Теперь мы пойдем до конца, Джонни. У нас есть время, и у нас есть цель. «Арасака» заплатит за всё.

— Вот это мне нравится, — Сильверхенд ухмыльнулся, и в этой ухмылке было больше жизни, чем во всем этом неоновом мегаполисе. — Пошли, Ви. У нас еще целый город, который нужно сжечь.

Они сели в машину и растворились в потоке транспорта, два призрака — один из плоти и крови, другой из света и кода — объединенные одной судьбой в городе, который никогда не спит и никогда не прощает. Впереди была неизвестность, но в этот момент, под холодным небом Найт-Сити, они были свободны. И этого было достаточно.